?

Log in

No account? Create an account

Категория: лытдыбр

Перед выходом нашего нового совместного релиза с группой Грот я решил вспомнить, как начиналось наше знакомство и как были записаны наши старые совместные треки.

В 2007 году на нашем концерте в Омске слушателей разогревали группы Грот и D.A.P.A. Это были молодые здоровые сибирские парни, я тогда не вдавался в подробности, толком даже не понимал, кто из них в какой группе читает. Здоровые. Сибиряки. Пацаны.

Мой друг Диман 55 из омской группы Сибирский Синдикат присылал мне их демки, я слушал всё это без особого энтузиазма, пока Грот и Дмитрий не записали трек «В чём сила». В этом действительно чувствовалась сила, стало интересно, что они запишут дальше.

Новый 2009 год я встречал в Омске. Руслан Тамагочи из всё той же группы Сибирский Синдикат, активно занимавшийся городской рэп-движухой, попросил меня встретиться с Димой и Виталей. У них был готов материал, они хотели его выпустить, а у меня был свой лейбл – «Засада». Свой лейбл - звучит как-то слишком важно, на самом деле мы не подписывали контрактов, я не зарабатывал на этом денег, просто мы с друзьями делали рэп, и я знал, как можно донести материал до слушателя.

На тот момент, после победы Антона в телешоу «Битва за респект», группа Иезекииль 25:17 была на слуху, нас знали, мы активно выступали, и для привлечения внимания к релизу было решено записать совместный трек.

Так появились «Сыны Сибири».

Я попросил Андрея Никитина, главного редактора самого главного тематического ресурса, послушать этот дебют, и если он покажется интересным, разместить альбом на сайте Rap.Ru. В то время, если тебя не было на Rap.Ru – тебя не было в русском рэпе. Так как никто ничего про группу ещё не знал, мы с парнями сами писали новость для сайта: http://www.rap.ru/discography/373

Альбом «Никто кроме нас» вышел 3 мая 2009 года, и это была вспышка. Очень яркая вспышка. А я был очень рад за земляков, рад, что смог чем-то помочь.

Сырой, злой, честный рэп, похожий по настроению на мой любимый нью-йоркский рэп 90-х. Когда я сказал об этом пацанам, оказалось, что они не слушали Киларми и Моб Дип - они росли на Касте.

Мои любимые треки на этом альбоме – «Рубежи», «Никто, кроме нас» и «Поселковые вечера».

18 июня 2009 года должен был состояться очередной московский концерт - 25/17 и вся «Засада».

Я выходил из самолета, прилетевшего из Черногории, когда у меня зазвонил телефон, и с номера Антона кто-то другой сказал мне, что Ант попал в аварию. Водитель машины, в которой ехал Антон, не справился с управлением, автомобиль на полной скорости вылетел с дороги и несколько раз перевернулся.

Самое главное - Антон был жив.

Выступать он не мог, у него был компрессионный перелом позвонка, но отменить концерт мы тоже не могли.

На главном тематическом ресурсе появилась новость:

Как рассказал сайту Rap.Ru Бледный, "Антон от госпитализации отказался, находится дома и размышляет о целесообразности использования ремня безопасности. Концерт 18 июня в клубе Б2 состоится, но в связи с происшествием в программу будут внесены изменения. Надеемся на понимание и поддержку наших слушателей" (http://www.rap.ru/news/897).

Я выступал один. DJ Navvy «внёс изменения в программу» – поработал с минусами и вставил альбомные версии припевов, которые исполнял Антон. Добавили максимальное количество совместных треков, увеличили  время выступления остальных команд.

В это время группа Грот в поезде ехала в Москву.

Концерт состоялся, концерт получился. Прямо со сцены я позвонил Антону, включил громкую связь, и весь зал передал ему пламенный привет. Сперва дружно кричали 2!5!1!7!, потом самые весёлые зарядили 1!4!8!8! Что было, то было. Какие времена, такие слушатели. Я назвал их «хреновыми математиками».  Им понравилось.

Грот своими треками порвали зал. Прошло всего полтора месяца после релиза, первое появление на столичной сцене и такой горячий приём.
Особенно горячо принимали «Алкотестер», припев кричали хором. После концерта, проходя через Патрики, мы встретили восторженных слушателей, продолжавших радоваться жизни. Они жали парням руки, предлагали им выпить.

Парни были впечатлены такой поддержкой и удивлены таким пониманием их трека. Так Дима и Виталик познакомились с московским околофутболом.

Открытые, искренние, по-хорошему провинциальные. Китайский чай, американские гамбургеры, московское метро – всё то, к чему мы здесь давно привыкли, вызывало восторг первооткрывателей. Я как будто встретился с молодым собой, первый раз приехавшим в Москву. Или с Влади из трека «Интересное место».

Только я в их годы был уже разочарованным в себе и в людях циником, а парни были полны веры в свои силы, в своё дело, в свою борьбу, в неизбежную победу добра. После похода в магазин воины добра изумлённо возмущались, увидев продающиеся на стенде у касс лубриканты: «А если это увидит какая-нибудь бабушка?!»

Конечно, всё это было немного наивно, но это вдохновляло даже такого старого циника, как я.

Мы с Антоном заканчивали работу над альбомом «Только для своих», и я предложил Диме и Виталику поучаствовать в двух треках – «Мы победим» (http://www.rap.ru/news/845) и «На крыльях мечты». Парни писали свои куплеты очень быстро, на ходу, без черновиков. Куплет в трек «На крыльях мечты» они сочинили у меня в квартире минут за десять, пока я умывался. Мне казалось, что если им не мешать, они запишут новый альбом дня за три и устроят переворот. В русском рэпе, конечно же.

Тем же летом 2009-го я предложил парням концепцию совместного релиза.

Пять треков, как пять пальцев кулака (25/17 и Грот – четыре человека, четыре кулака на обложке в форме креста), биты делает Кит, оформление – Давыдовский. Название – «Сила сопротивления».

Совместные треки записывали так: Кит скидывал мне лупы, я отбирал понравившиеся, пересылал их дальше – Дмитрию и Витале. Они отбирали биты под настроение своих текстов, записывали демки и скидывали мне. Я дописывал свои куплеты, если было нужно – припев, как в треке «Сила сопротивления», приглашал друзей на фиты.

Потом парни, приехав на очередной засадовский концерт, записали свои куплеты на нашей студии на чистовую.

Три совместных трека и по одному от каждой группы – кулак был готов.

Сводил альбом DJ Navvy.

Через десять дней после выхода альбома состоялась его презентация в байк-клубе Alcatraz.

Перед концертом мы предупреждали слушателей:

«При посещении концертов групп лейбла ЗАСАДА production отныне и впредь настойчиво просим воздержаться от публичной демонстрации своих политических взглядов. Мы ценим поддержку со стороны наших слушателей, но нагнетание нездорового ажиотажа мы воспринимаем как провокацию, направленную на привлечение нежелательного внимания, что мешает продвижению групп и затрудняет организацию мероприятий.»

Несколько сотен людей не смогли попасть в клуб – не хватило места. В гардеробе люди сдавали оружие. Ножей и травматов набралась полная коробка. Байкеры были очень удивлены, они ожидали увидеть других «рэперов». Как я узнал позже, одним из организаторов этого концерта была Евгения Хасис.

Через месяц презентацию повторили в одном из клубов на территории завода «Арма». Клуб был больше, людей пришло ещё больше.

Этот альбом (как и весь социальный рэп - жанр, быстро и чутко реагирующий на происходящее) сложно воспринимать без контекста, его надо было слушать именно тогда, когда он был выпущен.

Украина ещё не была идеологическим врагом/экономическим партнёром, а Россия не была в состоянии новой холодной войны со всем миром. Спайс продавали почти в открытую, новостные ленты рассказывали нам про изнасилования, убийства и грабежи местного населения, медийные либеральные активисты и официальные представители власти дружно обвиняли во всём «русских фашистов», пассионарии  отвечали, как умели, и уезжали на зоны.

Мы же пытались перевести дискуссию в другое смысловое поле.

Альбом сопровождал пресс-релиз:

«К настоящему моменту деструктивные силы  значительно преуспели и добились видимых результатов. Подмена понятий, искажение фактов, создание ложных целей – война за наши души начинается в наших головах. То, что раньше считалось неприемлемым, становится не только нормальным, но и обязательным, защищаемым и поощряемым на разных уровнях. Неприятие «нового порядка» и «новых ценностей» получает клеймо «фашизма» и используется в тактических целях, чтобы вызвать недоверие и неприязнь у колеблющихся и сомневающихся. Те, кто не ведают иных ориентиров кроме «фашизма» и «антифашизма», чей горизонт ограничен материальными ценностями и стремлением к получению удовольствий, легко принимают такую систему координат. В подобной ситуации мы не будем пассивно подчиняться и хранить молчание.

Изменения на социальном уровне, исправления следствий, а не причин, будут не эффективны, результат, в лучшем случае, иллюзорным и нестабильным. Разделение на «правых» и «левых» при таких обстоятельствах удобно для  манипуляций, контроля и отвлечения внимания от главного, так как «лево» и «право» легко меняются местами, в чем можно убедиться, проследив историю этих терминов. Нас интересует движение «вверх», точнее «ввысь». Искать истину, стремиться к пониманию того, что угодно Богу, - вот то, что поможет нам приобрести и сохранить свободу, иметь правильные ценности, и никто и ничто не сможет помешать нам на этом пути.

Бог же мира сокрушит сатану под ногами вашими вскоре. Благодать Господа нашего Иисуса Христа с вами! Аминь. (Рим.16:20)»

Мы, пусть наивно, но искренне говорили о пути наверх. Этого, к сожалению, почти не услышали.

Альбом вышел в свободное скачивание 13 января 2010 года.

В 2015 году трек «Дым» по решению суда был внесён в федеральный список экстремистских материалов.

В начале апреля 2010 года вышел засадовский сборник «Всем весна!» - новые треки с новых альбомов, которые планировалось зарелизить на нашем лейбле в течение года.

Наш совместный трек «Надежда» был финальным, программным, закрепляющим. Дима и Виталик прислали набросок бита, Антон, по выражению Дмитрия, «сделал его крутым», я сочинил текст, записались, отправили демку в Омск, в ответ получили акапеллы с куплетами. Также на треке отметился  D-Man 55.

А в конце апреля у парней был готов альбом «Вершители судеб». Для меня это лучший релиз группы, один из лучших альбомов в русском рэпе, а «Малосемейку» я считаю одним из лучших треков на русском.

После выхода альбома мне позвонил Смоки Мо. У него были претензии ко мне по поводу трека «Быть похожим на тебя». Я удивился звонку и предложил встретиться и пообщаться.  Вспоминая этот разговор, я допускаю, что воспринял звонок Александра как «предъяву», а он моё предложение как «забивание стрелки». Я позвонил парням, дал им его номер для того, чтобы они, как авторы трека, связались с ним и обсудили свои метафоры.

Парни позвонили, поговорили и написали вот этот текст, который разместили на своих страницах:

«Во избежание недопонимания и инсинуаций в адрес нашей группы и лейбла Засада production официально заявляем, что трек «Быть похожим на тебя» не содержит негативных намеков в адрес лично МС Молодого. При написании трека мы ставили своей целью предупреждение живых, но никак не оскорбление тех, кого уже нет. Над нами одно и то же зло, и МC Молодой, как и многие наши друзья, стал его жертвой. Объединяться и бороться, но никак не стоять в стороне, или ещё хуже, пропагандировать. Рассчитываем на понимание. ГРОТ (Засада production).»

Мне Александр не перезвонил, мы с ним так и не встретились и больше никогда не общались.

В мае я решил закрыть лейбл. Все участники групп были в курсе моего решения, я дал время подготовиться к самостоятельному продолжению их рэп-карьер и выпустил под логотипом Засады все обещанные в апреле альбомы. Слушатели узнали об этом только в сентябре:

«Эта история началась в 1998 как объединение рэп-групп из Омска. В статусе промо-группы мы организовывали концерты, проводили фестивали, занимались продвижением своих команд. Выйдя за пределы родного города, мы продолжили свою деятельность как независимый лейбл, выпускали альбомы, сборники и видеоклипы наших артистов. За двенадцать лет менялся состав участников, менялись наши убеждения, менялось наше творчество. Основная задача — познакомить слушателей с творчеством групп лейбла — на данный момент выполнена. Группы набрали достаточный личный потенциал для того, чтобы двигаться дальше автономно. Мы благодарны всем, кто поддерживал нас и помогал нам все эти годы».

«В этом ЕР мы собрали весь наш оставшийся материал, созданный в рамках лейбла ЗАСАДА production. Следующая работа – с чистого листа. Любые изменения вокруг никоим образом не касаются целей нашего творчества. Никто, кроме нас», - сказали Дмитрий и Виталий и выпустили «Личную Вселенную» с ремиксом Антона на трек «Кровь с кислородом».

29 октября в Москве состоялся концерт «Последняя осень» - закрытие лейбла Засада production. Не все желающие смогли попасть в клуб.

На следующий день я позвонил Арни, принимавшему участие в треке «Сила сопротивления», с просьбой зайти в чайный магазин и купить улуна. Через несколько минут после моего звонка его и ещё одного нашего друга подстрелили. Из травматики. Днём. В центре Москвы. В упор.

Парни остались живы, нападавших не нашли. Да и самого нападения не было. Так потом сказали сотрудники, снимавшие показания у раненых
парней.

31 октября 2010 года мы продублировали «Последнюю осень» в Санкт-Петербурге.

Прошло шесть лет. 1 сентября мы выпускаем наш новый совместный релиз «Солнцу навстречу».

В этот раз не будет патетичных пресс-релизов с нашими манифестами. Мы просто будем читать ваши комментарии, наблюдать яростные споры тех, кто понял «новый, глубокий смысл», с теми, кто требует «жёстко, как раньше», созваниваться друг с другом и радоваться тому, что всё же есть люди, которые не только слушают, но и слышат. Надеюсь, таких будет больше, чем раньше.

А 10 сентября мы и группа Грот будем выступать на Дне города Москвы (https://vk.com/luzhnikifree).

Там мы с парнями выйдем в прямой эфир с моего аккаунта в Перископе (www.periscope.tv/2517_official), пообщаемся с вами и ответим на ваши вопросы, которые вы можете задать здесь: https://vk.com/topic-1212665_34069414

Под солнцем

Я очень сильно сомневаюсь, что песенки могут кого-то изменить. Создать фон, поддержать эмоционально - да. А вот что прям послушал песню, всё понял и изменился - вряд ли. Это каким-то очень впечатлительным надо быть или очень доверчивым. Нас же всех учили мыть руки перед едой, переходить дорогу на зелёный и прочее чтотакоехорошоичтотакоеплохо? Или теперь всё изменилось, и родители учат, что жизнь надо прожить как можно хуже и побыстрее? И вот вам исполнилось, ну допустим, шестнадцать, вы послушали душеспасительную песенку и догадались, что водка - плохо, а мыло душистое и полотенце пушистое - это хорошо, мама, ты была права?

Учить, когда самим ещё учиться и учиться, как-то глупо. Рассказываем, как было, как стало, и почему. Делимся прожитым, так сказать. Можно слушать, можно не слушать, можно понимать, можно не понимать и просто подпевать, главное - билеты на концерты покупайте ))

Хотя, возможно, я просто забыл, как это - быть подростком, открывать для себя мир и пытаться форматировать его под себя. А он не форматируется, не меняется. Гаджеты меняются, а люди - нет. Любят, ненавидят, дружат, предают, создают семьи, разрушают семьи, рожают детей и делают аборты. А потом умирают. И ты умрёшь, мой юный друг. Как говорил один мудрый еврей, нет ничего нового под солнцем.

Откуда такое патриотичное название альбома «Русский подорожник», кто его придумал?

Антон: На самом деле название придумал Андрей.

Андрей: Я не думаю, что название какое-то патриотическое, оно скорее отражает некую специфику. Специфику пути на небо или под землю, кто куда идти выберет. Ведь альбом об этом. Мне кажется, что патриотичное — это что-то другое. Например, «Красная армия всех сильней!» или «Крым наш!». Если бы я был, допустим, татарином, я бы назвал альбом «Татарским подорожником».

Владимир Гниденко. «Комсомольская правда Омск». (http://www.2517.ru/kpomsk)

Осенью у вас вышел фильм «Русский подорожник». Он как зеркало России. Местами светлый и добрый. Но еще он страшный, потому что люди в нем умирают, убивают и остаются одинокими. Это виденье режиссеров проекта или ваше?

Сперва были написаны песни, они задавали настроение, но каждый режиссер привнес что-то свое, конечно же. Мы не хотели нарочито показывать «немытую Россию» и не создавали для этого каких-то специальных декораций. Просто приехали в город Можайск, что под Москвой, и там снимали. Каждый альбом мы выстраиваем, как книгу. Или, в данном случае, как фильм, состоящий из новелл. Я обратил внимание, что для людей верующих, которых в России часто называют религиозными, альбом получился вдохновляющим. Они в нем увидели надежду. Для атеистов и для формально верующих – тех, кто в церковь ходит только по праздникам, «Русский подорожник» – мрачный и беспросветный. Возможно, они ищут счастье в материальном мире, где его крайне мало. Здесь война, тюрьма, болезни, смерть, зависть, ненависть и далее по списку.

Главным режиссером проекта выступила Юлия Ауг, с которой вы сотрудничаете еще со времен «Звезды». Но несколько историй достались Давыдовскому, Велединскому и Шорохову. Почему вы не доверили «Русский подорожник» Ауг целиком? Ведь тогда он мог получиться еще целостнее и концептуальнее.

Или однообразнее. Большинство новелл мы придумали вместе с Юлией, но некоторые истории были вне ее реальности. Песни «Поезд» и «Зима-мама» по видеоряду, который на них просился, чисто Давыдовские. И никто другой с ними бы лучше не справился.

На «Русский подорожник» ушло 40 съемочных дней – нормальное время, чтобы снять полноценный фильм. С какими трудностями вы столкнулись, как продюсер?

Работа растянулась с апреля по сентябрь. Когда мы уже премьерили проект, ещё шли досъемки. Знаешь, я очень переживал – получится или нет? Объем работы был нереально большим, и то, что вы видите – лишь верхушка айсберга. Актеры, режиссеры, музыканты – люди востребованные. У них плотные графики, под которые приходилось подстраиваться. А люди из киноиндустрии привыкли, что на съемках есть те, кто ищут локации, отвечают за реквизит, приносят чай с бутербродами, покупают батарейки. Мы такой штат позволить себе не могли – все делали сами. Если бы я знал, сколько нервов отнимет фильм, то три раза подумал бы перед тем, как начать проект. Я был на взводе. Потом просто решил, что «если угодно будет Господу и живы будем» то всё получится, а я не могу всё контролировать, как бы я не старался.

Новеллы «Русского подорожника» напоминают плацкартные истории. Такие полубайки, полуисповеди, которые обычно рассказывают случайным попутчикам.

Верно, я и сам такие слушал, путешествуя в поездах. Хотя меня больше трогают рассказы близких, потому что им веришь больше. Жанр плацкартных историй ближе к байке, хотя незнакомая компания и стимулирует на откровенность. Можно излить душу. Это вообще русский вариант походов к мозгоправу. Берешь три литра водки, покупаешь билет в плацкарт до Владивостока и возвращаешься новым человеком (смеется).

В России «РП»  – первая попытка превратить музыкальный альбом в полноценный художественный фильм. Как вы собрали всю эту звездную актерскую команду – Мерзликина, Демчога, Верткова, Бадюка?

Еще в конце 80-х группа «Наутилус Помпилиус» пыталась снять фильм «Человек без имени». У них был сценарий, писались композиции, но по какой-то причине проект не случился. В 2006-ом у Чичериной вышел «Музыкальный фильм», с видеорядом на каждую песню, но он прошел незамеченным. У нас, слава Богу, много друзей, а у них тоже есть друзья. И у нас была идея, вдохновившая наших друзей.

Есть ощущение, что «Русский подорожник» окончательно изменил статус группы с субкультурного на массовый?

Мне сложно взглянуть на все со стороны. Мы сначала сочиняли пластинку, потом сводили, писали сценарий, потом я присутствовал на съемках и монтаже, дальше начался тур, и мы поехали. Если измерять популярность количеством проданных билетов и новыми подписчиками в интернете, то группа конечно стала популярней. А  статус проверяется временем.

В «Русском подорожнике» привлекает внимание новелла «Последний из нас», опирающаяся на библейскую историю о Каине и Авеле. Многие разглядели украинский след и намек на братоубийственную войну. Вас даже назвали провидцами.

Мы начали работу над альбомом в 2013-ом году, в январе 2014 закончили его сочинять. Сначала записали его в демо-варианте, потом переписали на чистовую вокал и инструменты, мы у Константина Кинчева эту практику подсмотрели. Тогда о столкновениях на юго-востоке Украины и речи не шло, даже ещё на Майдане ничего не произошло.

Василий Трунов. «Афиша Волна». (http://www.2517.ru/o-rp-fizruke-i-natsionalizme)

В видеоверсии песни «Девятибально» пятым действующим лицом, помимо вас, Антона Завьялова, Константина Кинчева и Антона Павлова, можно назвать пространство, которое вас окружает, а это работы уличного художника, Паши 183. Были ли вы знакомы с Пашей? Кому пришла идея запечатлеть стрит-арт выставку «Наше дело подвиг» в клипе?

Мы с Пашей были знакомы. Причем я, как, наверное, многие знал его работы, видел их, но до того, как нас познакомили, понятия не имел, кто их автор. Познакомила нас как раз дочка Константина Евгеньевича после спектакля у Женовача. Мы были в Студии театрального искусства, потом гуляли по Москве, общались. Паша на меня произвел впечатление очень позитивного человека, очень светлого. Я очень удивился, когда узнал, что это произошло, что Паша ушел из жизни. Кстати, последний раз мы виделись с ним на концерте «Алисы». Кураторами этой выставки были Кирилл Лебедев (это он в кадре в маске с баллоном) и Полина Борисова, жена Джеффа из «Гражданской обороны». А идея снять клип в музее была моя. Я думаю, Паше бы это понравилось.

Правда ли, что «Русский подорожник» кардинально изменил звучание группы, и теперь у вас задана планка музыкальная совсем иная, нежели раньше?

Это, скорее, было логическое развитие предыдущего альбома. Какие-то музыкальные приемы из наследия русского рока – можно говорить, уже золотой эпохи русского рока (это то, что сейчас является классикой), – мы использовали сознательно. Но продолжать эту историю не будем. Не хотим на этом паразитировать. Здесь это была музыкальная концепция альбома. Я считаю, она себя исчерпала. Следующий наш альбом будет абсолютно другой по звучанию.

Анна Дулевская. «Инфо-Сити» (http://www.2517.ru/put-est-hristos)

Касаясь записи и съемок альбома «Русский подорожник». Запомнилась история из интервью  Вадима Демчога. Он удивился, что вы не пригласили его поучаствовать в съемках и, так скажем, сам напросился на роль в клипе «Последний из нас». Это дорогого стоит – уважение и признание среди таких актеров. Были еще какие-то интересные истории?

Бледный: Вадим не напросился, а сделал нам подарок. Для нас большая честь работать с ним. Все лето было одной большой «интересной историей». Мы не получали никаких разрешений, снимали везде на свой страх и риск. Оказалось, что можно стрелять в центре Москвы напротив какой-то прокуратуры. Никто не придёт проверить — шкаф упал у вас в квартире или вы убили кого-то.

В интернете была шумиха по поводу формы на Сергее Бадюке, обсуждали почему он в натовской форме и так далее. Так было задумано или все же это ляп?

Бледный: Бадюку виднее, в какой форме быть. Мы проговаривали этот момент перед съёмками.

Ну, и последний вопрос по клипам: в картине «Горький туман», мужчина и девушка – это отец и дочь или влюбленная пара?

Бледный: В сценарии это были муж и жена. Взрослый мужчина и молодая женщина.

EtoFirma.ru (http://www.2517.ru/professionalizm)

Ваш новый альбом – «Русский подорожник» — будет работать так же, как и прошлые альбомы, т.е. вы сперва обозначите определенные вопросы и в конце дадите свой ответ, или же в этот раз финал будет открыт?

Мы в альбоме постарались рассказать о большом через малое — про страну через людей, через конкретные бытовые истории, ситуации. И попытались для себя сформулировать ответ на вопрос « что же нам тут всем делать?». Поэтому логическое завершение всей истории — это последняя песня «Отец».

И что же нам здесь делать?

Для начала надо понять, что смерть неизбежна. И что у каждого народа есть своя специфика отношения к смерти. Есть своя специфика у сенегальца, и у колумбийца, и у монгола. Это не значит, что кто-то лучше, кто-то хуже. В африканских племенах, я уверен, к смерти относятся по-другому. В мусульманском мире тоже по-своему, у нас вот по-русски, по-нашему.

Есть целые исследования, посвященные русской танаталогии, т.е. изучению отношения русской ментальности к смерти. Практически все сходятся в том, что русское отношение к смерти выстраивается по линии этики неприятия смерти, когда смерть воспринимается как абсолютное нравственное и онтологическое зло. Можно ли сказать, что в альбоме вы, исходя из национальной специфики восприятия смерти, стремитесь выявить универсальное общечеловеческое отношение к смерти?

А есть христианское отношение к смерти. Как говорил апостол Павел, «смерть для меня — приобретение».

Готовы к неоднозначным трактовкам альбома? Критики уже жалуются, что альбом слишком неоднозначен?

Готовы. Мы сознательно где-то не ставим точек, а ставим многоточие. Понимание каких-то моментов вариативно и зависит от слушателя, от его возраста, от его начитанности, от его духовного опыта. Какие-то вещи ты не сможешь объяснить, если человек не готов.

Короче, вы рассчитываете на определенный бэкграунд?

Ты знаешь, я столкнулся с тем, что люди верующие говорят, что альбом получился вдохновляющий, позитивный. А вот люди неверующие, или лучше выразиться так: формально верующие, не практикующие, — такие говорят, что альбом мрачный и что в нем нет никакой надежды. Т.е. они в другом надежду ищут, вот в этом материальном мире, а здесь нет никакой надежды, здесь мы все умрем.
Но у нас альбом все-таки не про смерть, он про жизнь. Просто когда ты понимаешь, что смерть неизбежна и что там за смертью что-то есть, вот если ты эти моменты держишь в голове, если понимаешь, осознаешь и осмысляешь, то и твоя жизнь меняется. Вот о чем мы хотели сказать.

Бэкграунд, на который вы рассчитываете, может быть конфессиональным? Мусульманин, например, уловит ваш посыл?

Мне было бы интересно послушать мнение мусульманина, но опять же мусульманина не формального, который водку салом закусывает, пока «Аллах не видит», а настоящего, практикующего.

Да, и мне тоже, и именно настоящего, который причастен религиозным практикам, а не такого, который почитал две-три книжки и возомнил себя мусульманином или буддистом. У нас таких нынче много. Кстати о книгах. На тебя лично какие книги произвели наибольшее впечатление в последнее время? И вообще какие книги на тебя более всего повлияли?

Да мне уже лет столько, что вряд ли какие-то книги будут оказывать на меня влияние. Я уже самые сильные впечатления из книг получил. И, опять же, ни одна книга не повлияла на меня так, как Библия. Очень понравилась (если говорить просто о понравившемся) «Обитель» Прилепина. Мне нравится, что Захар не дает простых ответов на сложные вопросы. В своей публицистике он более однозначен.

Такое бывает. Точно так же было с Достоевским, в Дневнике писателя он однозначен и более радикален, чем в своих художественных произведениях. Ну и более прост соответственно.
Еще из последнего, что я прочитал, мне понравился «Лавр» Евгения Водолазкина.
Больше из современных никто не заинтересовал?


Я редко читаю художественную литературу. Переел. Того же Водолазкина мне Захар посоветовал.

Мне он тоже советовал его почитать. Вообще в современной нашей литературе есть много хороших авторов. Владимир Маканин, например, или Александр Иличевский. «Обитель» я дочитать до конца не смог, увы, хотя первую часть прочитал взахлеб. Думаю, это не самый характерный текст Захара. Мне нравится у него «Ботинки, полные горячей водкой». Здесь он очень умело использует постмодернистские методы. Кстати о постмодернизме заодно спрошу тебя. Вот у тебя в новом альбоме есть строчки: «Это время постов — постмодерн, детка!». Ты в одном интервью сказал, что ваше творчество – это постмодерн на службе традиционализма. Для тебя постмодерн это только совокупность техник (художественных, мыслительных и т.д.), или это сама эпоха, время, у которого иные постулаты и ценности?

Для меня это, скорее, техника, да. Потому что одна из функций постмодерна — это же деконструкция традиционализма. Ну а мы тут, получается, пользуемся орудием врага.

А враг кто?

Отец лжи.

Постмодерн он выдумал?

Жизнь – боль, а значит, Бога нет, давайте будем развлекать себя, хихикая и перемигиваясь с фигами в карманах – это даже не шоссе в никуда, это хайвей в сердце тьмы. Из заповедников интеллектуальных карнавалов постмодерн проник в повседневность «контактика». Мы с тобой уже говорили о том, что сейчас время гиперссылок, и иногда какую-то вещь, даже сложную, можно рассказать при помощи таких вот ссылок. Но это работает только с человеком, который уже находится с тобой в одном смысловом поле. Для человека, выросшего в деревне без интернета и телевизора, этот текст будет непонятным, постмодерн — это проклятье урбана. Вот ты упомянул этот куплет из «Думай сам», там столько кинематографических цитат, и если человек не смотрел эти фильмы, то для него этот куплет будет просто тарабарщиной. Какая «жозефина», какой «район номер девять»?.. А ведь при помощи этого приема получается рассказать больше меньшим количеством слов. Больше информации уместить в слова. Т.е. можно было бы сказать, что при формировании этнических анклавов и усилении этнической организованной преступности неизбежны столкновения, ведущие к погромам, как это было в Бирюлево, например. Достаточно сказать, что «в районе номер девять всем будет жозефина». Но это, повторюсь, будет тарабарщиной для человека, который не в теме.

Гиперссылки предполагают наличие культурных кодов, которые должны считываться слушателем или читателем. Сейчас с трудом считываются современные культурные коды, что уж говорить о древних культурных кодах! А ведь у вас в альбоме таких много. Вы вообще чувствуете, что у вас со слушателем один общий язык?

Тут вопрос в том, есть ли у человека желание понимать. Если человек хочет понять, если его что-то зацепило, то он будет копать, искать и задавать вопросы. И найдет. И тем полезнее будет его питание, чем если сразу давать ему пережеванную пищу. Просто есть такие случайные пассажиры, которым понравилась одна какая-нибудь наша песня. Ну здорово, понравилась — так понравилась. Но он дальше не пойдет. Я уже говорил, что если кто-то что-то в наших песнях понял, то это замечательно, если что-то понял, и это повлияло на его жизнь, то мы рады, практически счастливы. А если человеку просто понравилась музыка, припев-запев и т.д., и он придёт на концерт, купит билет… – то мы тоже ему благодарны. Нам надо платить за наши съемные квартиры, за студию, за запись альбомов… Может быть, это немного цинично, но, по крайней мере, честно. Конечно, мы надеемся, что слушателей первого типа больше.

Ты сказал, что использование скрытых смыслов позволяет вместить в тексте больше информации. Тебе важнее в песне именно этот информационный аспект или же художественный?

Нет, конечно, художественный аспект для нас очень важен. Иначе мы бы просто с лекциями выступали, что было бы глупо… (смеется)

Нет желания?

Нет. Мы ведь все-таки песни пишем. А то, что наши песни текстоцентричны – ну, это опять же наша русская традиция. У нас и с русским роком такая же история.

Андрей Коробов-Латынцев. «Время культуры» (http://www.2517.ru/sami-sebe-nisha)

До появления альбома «Русский подорожник» упоминания о "25/17″ чаще всего встречались в контексте «правого рэпа», то есть материи немассовой, подпольной и мрачной. Сейчас ситуация другая. Это вы изменились или окружающий мир пришел к тому, чем вы занимались уже давно?

Пик шума вокруг нас в контексте «правого рэпа» был в 2010 году. Мы транслируем те же ценности, что и раньше. Мы как раньше не пели «бей жидов — спасай Россию», так и сейчас не поем.

«Русский подорожник» — это вообще такая гора, которую мало кому под силу сдвинуть. Вы его так и задумывали — как «альбом-собор»?

Я придумал эту историю в прошлом году. Появилась общая идея. Мы сразу понимали, что должен быть сильный акцент на видео. Помню, осенью прошлого года главред «Русского репортера» Виталий Лейбин инициировал в деревне у Прилепина встречу людей с разными, так сказать, взглядами на судьбу России. Я уже тогда тестировал эту историю на Илье Шамазове (нижегородский журналист, нацбол.— Weekend)

Как давно вы знакомы с Прилепиным?

Он у себя в ЖЖ размещал какие-то наши песенки, нахваливал их. В декабре 2009-го я был в гостях в Нижнем Новгороде, и хозяин дома сказал, что знаком с Евгением (настоящее имя Захара Прилепина.— Weekend), тут же позвонил ему, «привет — привет». Лично мы встретились в начале 2010 года. Первое, что он у меня спросил: «За кого бы ты был: за белых или за красных?» Я ответил, что за веру, царя и Отечество. Он сказал: «Тогда бы мы тебя расстреляли». Я возразил, что, возможно, мы бы расстреляли его раньше. Так мы и подружились.

В истории с «Русским подорожником» его роль едва ли не самая важная.

Для кого как. Для кого-то Сергей Бадюк — гораздо более авторитетный и известный персонаж. Для кого-то — Зоя Бербер из сериала «Реальные пацаны». Есть ведь люди, которые смотрят телевизор, в фейсбуке их нет, и они вообще не в курсе, кто такой Прилепин. Мы давно знакомы с Юлей Ауг, которая как режиссер экранизировала восемь из двенадцати песен альбома. Но без Захара эта история не получилась бы, конечно. Так что это все друзья и друзья друзей.

Это ведь настоящее кинопроизводство получилось. А оно требует инвестиций. Нашлись спонсоры-единомышленники?

Нет, мы на самофинансировании.

Неужели все силами группы «25/17″?

Коллективу уже 12 лет, и у нас никогда не было продюсеров, пресс-атташе, пиарщиков… Я обычно в интервью говорю, что у нас продюсер — Иисус Христос. Патетично. Но ведь не часто бывает, чтобы у группы без контрактов и лейблов все получилось. Этот проект мы сделали своими силами плюс друзья помогли. В принципе, есть люди, у которых я могу попросить какую-то сумму без процентов, а потом с концертов рассчитаться.

Есть ощущение, что после появления «Русского подорожника» публика на концертах поменялась?

Слушателей на концертах стало больше, а оголтелой публики — меньше. Вот той, которая в свое время приезжала покричать “Русские — вперед!” Есть мнение, что они перестали себя так вести на концертах, потому что просто повзрослели. А что касается самой радикальной части аудитории, то в ее глазах мы предали все, что можно предать. Не оправдали ожиданий, стали попсовой группой. Да еще стали этот радикализм высмеивать в своих песнях и интервью. Для них сейчас появилось много других коллективов, которые дают то, что этому слушателю нужно, условное “бей жидов — спасай Россию”. Вот это как раз абсолютное подземелье.

Борис Барабанов. Ъ-Weekend (http://www.2517.ru/vintiki)

Герои видеоальбома кажутся очень естественными. Даже создается ощущение, что некоторые актеры играют самих себя.

Верно. Бадюк ходит в своей форме, а в клипе мелькает его дембельский альбом. Прилепин вспоминает свою командировку в Чечню, военные кадры позаимствованы из его личного архива. «Волчонок» – песня про наше с ним время, история с промедолом из аптечки не выдумана, а взята из жизни моего знакомого.

Евгений Березин (клип «Под цыганским солнцем») и в жизни – спортсмен, имеющий серьёзный опыт боёв не только в спортзале. Где-то мы сознательно оперируем киноштампами, собирая из них истории, как конструктор Lego. Где-то специально не ставим точку, оставляя место для фантазии.

И порой это играет с вами злую шутку. После клипа «Горький туман», где показана любовь зрелого мужчины и молодой девушки, некоторые вас чуть ли не в пропаганде педофилии обвинили.

Я читал комментарии в стиле Тесака. По мне так в данном случае это излишнее морализаторство. Главная героиня учится в университете, о какой педофилии идет речь? Я лично не понимаю, что может быть криминального в отношениях взрослого человека с взрослой студенткой?

Война вообще чуть ли не центральная тема пластинки. Одни солдаты погибают и остаются фантомами, другие идут умирать следом. Одних мужчин оружие разрушает, и они его хоронят, а их дети откапывают пистолет на кладбище, чтобы повторить ошибки отцов. Вы можете себе Россию без войны представить?

Я не могу представить мир без насилия, а мы его часть. В современных реалиях не может существовать государство-пацифист. Иначе остальные его сожрут, потому что сильный ест слабого.

Главная заслуга «Русского подорожника» в его естественности. Музыка не диссонирует с видеорядом, актеры не кажутся карикатурными, историям веришь. Этих качеств, к сожалению, не хватает массовому российскому кинематографу, чтобы стать успешным.

Если коротко, то у нас все обычно затевается ради освоения бюджета. Результат важен только энтузиастам. Это все из личного опыта, из разговоров о кино с людьми из мира кино. У нашего режиссера может три фильма в прокате провалиться. В Голливуде его бы карьера закончилась, а в России выделяют деньги на четвертый. Так работает система. И не только в кинематографе, а во всем.

Василий Трунов. «Комсомольская правда» (http://www.2517.ru/v-nashem-filme)

На фоне конфликта в Украине многие песни с «Русского подорожника» обрели иные смыслы. Помню, кажется, Андрей писал, что те, кто слушал альбом ещё летом, спрашивали, откуда вы всё знали заранее. А на самом деле эти песни были написаны в какой период?

Бледный: Мы записали первую песню – «Чернотроп» – 7 ноября 2013 года, в мой день рождения. И практически весь альбом придумали до Нового года. Там нет песен, которые давно написаны и ждали своего часа. На предыдущих альбомах такие песни были, а тут всё, что мы придумали для нового альбома, в него и вошло.

А кому принадлежит идея сквозной концепции и героев, переходящих из клипа в клип?

Бледный: Идея была моя, а потом уже подключилась Юлия Ауг (один из режиссёров видеоверсии «Русского подорожника», - прим. ред.), мы всё продумывали вместе с ней, а каждый режиссёр потом вносил что-то своё.

Ант: Я больше был занят музыкой – репетициями с музыкантами, мы готовились к концертам, а Андрей полностью взял на себя всё, что связано со съёмками.

Видеоформат был испробован вами впервые. Как шла работа над ним? И, я так понимаю, что там все были задействованы бесплатно?

Бледный: Нет, не все, но самые известные от гонораров отказались и работали за идею. Мы благодарны Богу за таких друзей, и благодарны им за участие в нашем проекте.

Ант: Было круто, что они втянулись, что им реально понравилось. Вообще, я считаю, что это самый мощный и самый главный движок, он мощнее, чем деньги.

Наталья Вахонина. Агентство новостей «Между строк» (http://www.2517.ru/mstrok)

Этот альбом получился, кажется, потяжелее. Это было сделано с конкретной какой-то целью? И пришлось ли для изменения звука привлекать специалистов извне?

Андрей: Всё произошло само собой, ничего не пришлось выдумывать специально. Мы не планировали никого специально заинтересовывать.

Антон: Мы делаем только то, что хотим, ничего не просчитываем заранее.

Андрей: Как обычно, всю музыку делал Антон, потом наши музыканты всё это переигрывали на чистовую. Ну а потом Дима (Ревякин) мог к нам на студию заехать, или мы к Константину Евгеньевичу (Кинчеву) в гости нагрянуть, поинтересоваться мнением. И старшие товарищи могли порекомендовать что-то вроде: а вот здесь неплохо было бы вот такой «сбивон» сделать, а там соляк поярче, погромче…

Олег Воротынцев. Журнал «Глаза» (http://www.2517.ru/glaza2)

Клипы не разрушат восприятие от альбома у слушателя?

Бледный: Мы решили сделать еще одно визуальное измерение. Мне кажется, что для всех все по-разному – может кто-то из поклонников, благодаря нашим клипам, увидит еще один смысл.

Ант: Как мне кажется, наш опыт можно отдаленно сравнить с экранизацией книги. И, как мы знаем, экранизация может быть как лучше, так и хуже произведения. Решать не нам.

Анна Неретина. «АиФ Черноземье» (http://www.2517.ru/aif-voronezh)

Несмотря на высказывания многих людей, у вас получилось не только рассказать истории, но и сделать это без лишних нравоучений. Вообще, какая задача у стихотворений на альбоме: научить или просто рассказать какие-то истории?

Ант: Точно не научить. Мы не считаем себя учителями, ни в коем случае. Человек сам проживает жизнь, учится — кем бы он ни был. Мы, скорее, рассказываем какие-то вещи, описываем свой жизненный опыт. Не пытаемся говорить, правильный он или нет. Просто повествуем о том, как это бывает у людей. А слушатели сами проверяют это на себе; выбирают, что им нужно, что нет, к чему прислушиваться. Это музыка, и не хотелось бы, чтобы это выглядело как инструкции. Пусть лучше это будет музыкой, которая цепляет людей.

Реакция на релиз действительно диаметрально противоположная. Даже у нас в редакции есть люди, которые не прониклись альбомом. Как удалось выйти за рамки сегодняшней нейтральной оценки большинства, сделать то, что задевает каждого?

Ант: Мы решили — чтобы было круто, музыка должна быть гитарной. Мы использовали гитары в альбоме — это секретное оружие каждого артиста, который хочет достучаться до слушателей.

Бледный: На данный момент «Русский подорожник» — квинтэссенция нашего творчества. Какие-то вещи мы научились делать, и максимально это реализовали.

Касательно квинтэссенции: в плане масштаба реализации это, пожалуй, ваш лучший альбом. Как вы планируете поддерживать данную планку на следующих пластинках?

Бледный: Я не думаю, что это лучшая пластинка. Со временем станет ясно. То, что мы точно сделали, — задали новую планку. Теперь все альбомы будем выпускать в видеоформате. Это будет не так, как сейчас — форма будет другая. Но всё будет делаться в подобном ключе.

Что, по вашему мнению, может привести человека к Богу?

Бледный: У всех это по-разному происходит. Кому-то надо, чтобы трамвайчик ноги переехал.

Ант: В какой-то момент человек чувствует пустоту. Это произойдёт в определённый момент. Но нет какого-то чекпойнта.

Бледный: Совершенно верно. Кто-то может прийти к этому от пресыщенности. У него всё есть, а счастья нет. А кто-то наоборот, только потеряв всё, задумывается об этом. Чаще именно так происходит.

Вернёмся к «Русскому подорожнику»: концепцию альбома раскрывает Дмитрий Ревякин на первом треке или она куда глубже?

Ант: Я считаю, что заглавный трек — программный. Он даёт нужную установку для прослушивания альбома. Как некий ключ мы придумали перед клипами, чтобы обозначить терминологию, так и первая композиция — она заряжает на всё предстоящее.

Поскольку «Русский подорожник» — сборник видеоновелл, можете ли вы назвать свою любимую?

Ант: Проблема в том, что мы так надолго и глубоко во всё это погрузились, что перегорели. Мы год работали над альбомом. Объективно очень трудно судить. Любимая — та, что меньше всего надоела.

Бледный: Мне трудно воспринимать со стороны. Я сочинял сценарии, ездил на съёмки, занимался монтажом. Может быть, года через два скажу. Мне вообще мало что нравится, если честно. Когда процесс идёт — нравится, как только закончился — кажется, что это ерунда.

Касательно клипов. Это же очень затратно — снять двенадцать видео, тизеры и прочее. В чём была главная цель? Ведь у вас очень преданная аудитория, они бы и так покупали копии, ходили на концерты.

Бледный: Хотелось рассказать историю. А без видео история не получилась бы. Хотелось ещё одно измерение этой истории показать, сделать её более многослойной. И тут сложность была не в том, чтобы найти деньги. Сложно было всё организовать. Очень много людей принимало участие в проекте. Слава Богу, у нас есть столько друзей. Я помню, как позвонил Вадиму Демчогу, попросил его приехать и прописать голос. Он по традиции нам уже на третий альбом записывает интро. Оно в этот раз вошло только в видео-вариант — тот самый «Ключ». Он приехал к нам на студию, посмотрел трейлеры, послушал эту историю и сразу сказал: «Почему ты меня не позвал? Всё, дай мне роль, всё сделаем». Мы очень благодарны всем нашим друзьям за помощь.

Борис Шейк. Rap.ru (http://www.2517.ru/rapruraprapom)

интервью для журнала "Русский образ" № 8 (2009). финальная версия. просьба при цитировании не заниматься контекстомией. всем адекватным - спасибо за понимание.

Андрей Бледный: «Мы исполняем ультра-правильную рэпчину».

Еще пять-семь лет назад и невозможно было представить, что в среде «фашиствующих молодчиков», «отморозков» и «хулиганья» (какие еще там эпитеты нынче популярны?) будет невероятно популярен рэп. Однако теперь все обстоит именно так. «Русский Образ» исследовал причины столь бешеного успеха, расспросив участника группы Иезекииль 25:17 Андрея Бледного.

«Читающие» коллективы сегодня собирают битком набитые клубы, причем той самой публикой, которая в конце прошлого века вовсю «слэмилась» на альтернативных, панк, или ска концертах, и хором заряжала, что «рэп – это кал!»…

Впрочем, и сейчас зачастую, когда поднимается тема русского рэпа, многие скептики до сих пор в непонимании пожимают плечами, повторяя избитую фразу о том, что «Россия – родина слонов».

Хотя, если капнуть поглубже, все быстро встанет на свои места. Просто, чтобы понять феномен русского рэпа, следует обратиться к эволюции отечественного «околофутбола». Ведь именно субкультура футбольных хулиганов в России наиболее тесно связана со всеми прочими субкультурами, именно она диктует моду. Вот, например, президент страны Дмитрий Медведев сегодня щеголяет перед камерами в рубашке Fred Perry, а ведь еще десяток лет назад подобную одежду можно было встретить исключительно на хулиганах. Впрочем, исследование околоутбольной культуры требует достаточно серьезного изучения, достойного не статьи, но книги. Потому ограничимся лишь краткой справкой об эволюции «околофутбольной» моды в стране. В принципе, все просто. В середине 90-х в ходу был итальянский стиль Ultras: бомбер, ботинки, шарф. К концу века итальянский тренд сменил британский – casuals: белые «чешки» на липучках, поло с поднятыми воротничками, много клеточек на одежде. Теперь же умами хулиганов властвует новая мода – так называемый польский стиль: спортштаны, олимпийки и «кенгурухи».

Вот он, собственно, и ответ на вопрос. Увлечение рэпом пришло к нам вместе со всем остальным польским. Это у нас рэп набирает популярность последние несколько лет. В Польше же рэпчина в ходу с начала 90-х. Началось все с независимой радиостанции Bardzo Inne Przeboje, ежедневно крутившей трехчасовую программу о хип-хопе. Ну, а затем, пошло-поехало: музыка переписывалась с кассеты на кассету, передавалась, что называется из уст в уста, читалась по подъездам, как у нас – блатняк.

Музыка черных гангстеров, оказалось, очень хорошо соответствовала польскому менталитету. Варшава, Краков, Познань, – ворвавшийся стиль захватывал всё новые и новые города, постепенно обрастая характерными только для него особенностями.

Польский симбиоз «околофутбола» и бандитизма взрастил великолепную поросль рэп-коллективов, получивших известность не только на Родине, но и по всей Европе. Kaliber-44, Nagly Atak Spawacza, Peja Slums Attack и, конечно же, PC park, записавшая саундтрек к нашумевшему фильму «Клетка».

Польский рэп не имеет ничего общего с привычной зрителю MTV звуковой дорожкой. Здесь минимум значения уделяется музыкальному сопровождению, максимум – смысловой нагрузке текста. Лирике польских рэперов присуща агрессия, бытовые проблемы и национализм.

В общем, теперь вполне понятно, что спрос на рэп привнесен к нам из Польши. Предложение же прибыло совершенно из другой географической точки – из Западной Сибири, из Омска, где в конце 90-х зародилось сообщество энтузиастов ЗАСАДА Production, вылившееся сегодня в полноценный лейбл, собравший под своим крылом целый ряд талантливых исполнителей.

Контора ЗАСАДА production начала свою историю в 1998 году, как объединение рэп-коллективов из Омска. Идея рэп-формирования принадлежит Андрею Позднухову, в миру больше известному, как «Бледный», на тот момент участнику группы Ртуть. Со временем эта инициатива переросла в большее - ЗАСАДА перешла в статус промо-группы, начала заниматься организацией фестивалей, концертов и гастролей. Сегодня ЗАСАДА production продолжает свою деятельность как независимый лейбл. Организационный центр ЗАСАДЫ находится в Москве и занимается выпуском альбомов и сборников, продвижением своих артистов и имеет самые масштабные планы на ближайшее время.

Бессменный глава ЗАСАДЫ Андрей Бледный (кстати, дед Андрея – поляк, и маму зовут Бронислава – так что все не так просто), участник «флагмана» этого лейбла – коллектива Иезекииль 25:17, образованного уже в Москве, в 2002 году, рассказал «РО» о том, что, в принципе, не существует никакого противоречия между словами «русский» и «рэп». Просто нужно правильно расставлять акценты, разбираться в терминологии и уметь разделять такие понятия, как субкультура и музыкальная форма.

- Рэп – это всего лишь речитатив, - говорит Бледный. – «Читка» может прослеживаться вообще в любом музыкальном жанре: в альтернативе, металле, брейк-бите…

Читать дальше...Свернуть )